О "преемниках" и "оранжевых"
Назначения Дмитрия Медведева первым заместителем Председателя Правительства, Сергея Иванова – вице-премьером, а Сергея Собянина – главой Администрации президента были почти единодушно расценены аналитиками как начало «операции преемник». Путин де обозначил и выдвинул на первый план фигуры наследников, которым предоставляется возможность проявить себя в решении крупных проблем, попасть под лучи софитов, получить долгожданную публичность и народную любовь. Мне подобная трактовка представляется не вполне убедительной.
Если бы Путин придумывал, как наиболее выигрышно подать «преемников» общественности, он нашел бы для них менее пыльные занятия. Согласитесь, резко улучить материальное положение врачей и учителей, переоснастить новейшим оборудованием больницы и учебные заведения, запустить жилищную ипотеку и поднять сельское хозяйство, это доверено Медведеву, - далеко не подарок. Обычно и одного села хватало, чтобы подорвать карьеру любого политика. Порученное Иванову задание оживить лежащий на боку оборонно-промышленные комплекс, как провести военную реформу, тоже коротким или паркетным путем к народной признательности не назовешь.
Кроме того, совершенно не в стиле Путина заранее давать понять о его кадровых намерениях. Никто из аналитиков вплоть до момента назначения не мог предсказать, что Фрадков станет премьером, Борис Грызлов и Сергей Миронов – спикерами, а Собянин – руководителем Администрации. Почему же все решили, что Президент вдруг изменил себе и за два с половиной года до выборов позволил угадать свое самое важное кадровое решение?
По-моему, если можно говорить о связи последних перестановок на политическом Олимпе со следующим избирательным циклом, то она заключается в стремлении Путина обеспечить для выборов наиболее благоприятный социальный фон. Командируя своих ближайших и наиболее доверенных соратников в Белый дом, президент усиливает личный контроль за кабинетом в надежде, что ключевые проекты завершающего отрезка его второго срока – социальные и оборонные – будут реализованы. Если это произойдет, учителя, врачи и военнослужащие к выборам окажутся не в рядах протестующих на улицах, а в партии «Единая Россия» и в путинской электоральной коалиции, которая собственно и поддержит «преемника». У того будут действительно очень неплохие шансы победить на президентских выборах-2008, хотя бы потому, что каких-либо могучих альтернативных фигур и политических сил на горизонте не просматривается.
А какова будет фамилия «преемника», мы вряд ли узнаем до осени 2007 года, когда развернется кампания в Госдуму. Обозначать кандидатуру уже сейчас весьма рискованно: этим Путин себя самого перевел бы в категорию «хромой утки» (так в США принято называть уходящего и слабеющего президента), а «наследника» обрек на хор критики недоброжелателей. Такой хор за пару лет может спалить любого политика.
Думские выборы станут тестом общественных настроений накануне президентских. В общих чертах их исход уже можно попытаться предсказать: в последние годы в России сложились довольно устойчивые избирательные коалиции, люди в основном определились в своих симпатиях и голосуют от выборов к выборам за одни и те же или похожие партии. Около половины граждан или даже чуть больше симпатизирует «партии Путина и власти», в ипостаси которой выступает «Единая Россия». По 15-20% могут набрать коммунисты (КПРФ) и националисты (ЛДПР, «Родина»), 10-12% - либералы («Яблоко», Союз правых сил). То есть, «Единая Россия» победит, хотя, поскольку выборы пройдут по новой – пропорциональной – системе, у нее окажется поменьше депутатских мест, чем сейчас.
Однако в последние время людей волнует вопрос не столько о том, кто выиграет выборы, а признает ли их итоги оппозиция и не устроит ли она и в России «оранжевую революцию», как в Украине, где всю прошедшую неделю поминали Майдан. Мой прогноз – это крайне маловероятно.
Для «оранжевого сценария» нужно несколько обязательных условий.
Первое – «Кучма». Непопулярный, слабый и безвольный президент, отставки которого жаждет все население, становящийся легкой мишенью для оппозиционеров. И неспособный что-то сделать в минуту кризиса. В России ничего подобного не наблюдается. Путина в отсутствии воли или низкой популярности заподозрить невозможно.
Второе – «Ющенко». Безумно популярный, готовый к борьбе и активно поддерживаемый извне либеральный политик, способный вызывать мощные эмоции, приводящие людей на площадь. У нас самый любимый на сегодняшний день либеральный политик – Ирина Хакамада с почти 1,5-процентным рейтингом. При всех ее несомненных достоинствах Ирина – не Ющенко. И даже – не Юлия Тимошенко.
Третье условие – отсутствие прививок от революций. Как правило, страна, пережившая революцию, не спешит в новую – слишком очевидны издержки. «Оранжевая революция» у нас уже была – в августе 1991 года, когда Борис Ельцин стоял на танке и либералы на десятилетие пришли к власти. Результаты их правления люди в большинстве своем оценили не очень высоко. Поэтому не ожидаю фанатичных толп, настойчиво требующих повторения 90-х годов с их анархией и растащиловкой.
Но попытка революции, скорее всего, обязательно будет. Некоторые опальные олигархи, оказавшиеся сейчас за пределами страны, накачивают в ее подготовку немалые средства. А если ружье висит на стене в первом акте… Вот только ничего «оранжевого» в такой революции не будет из-за слабости либералов. Они окажутся просто не в состоянии организовать свой Майдан. Цвета скорее будут красно-коричневыми. И окрасят они локальный и провальный бунт, а вовсе не революцию.
Вячеслав НИКОНОВ
© Copyright Фонд "Политика", 2003