Что ПАСЕешь, то и пожнешь
На прошлой неделе все российские СМИ дружно переживали по поводу обсуждения российских дел в Парламентской ассамблее Совета Европы (ПАСЕ). Обсуждали, какие слова войдут в резолюцию о Чечне и какие прозвучат оценки внутриполитической ситуации в России, как будто от этого зависели судьбы мироздания.
Между тем информацию о заседаниях ПАСЕ – как этого, так и любого другого – вы вряд ли найдете даже в прессе города Страсбурга, где заседания проходят, не говоря уже о серьезных мировых СМИ. ПАСЕ – событие важное только для ее непосредственных участников и для молодых государств, испытывающих комплекс неполноценности.
Совет Европы (СЕ) и его Парламентскую ассамблею у нас часто путают с Европейским Союзом (ЕС). Евросоюз – более чем серьезная организация, тесное интеграционное объединение 25-ти стран, которые имеют общий рынок, ввозят общую валюту и намерены вскоре принять общую Конституцию. Совет Европы – это прежде всего правозащитная организация, о существовании которой в годы «холодной войны» мало кто в Европе подозревал. А ПАСЕ – это своего рода конференция, собрание парламентариев из тех стран, которые входят в Совет Европы. Причем парламентариев специфических, интересующихся именно правозащитной тематикой (типа наших Сергея Ковалева или Валерии Новодворской).
Совет Европы стал более заметной организацией в 90-е годы, когда в него косяком стали вступать бывшие государства соцлагеря и республики СССР. Смысл вступления состоял в том, что членство в СЕ являлось свидетельством «европейскости» страны, без которого нельзя было претендовать на членство в Европейском Союзе. В этом смысле СЕ выполняет роль предбанника ЕС, заходя в который станы брали обязательства соблюдать определенные нормы в области прав человека. Например, не применять смертную казнь.
Западные европейцы по-прежнему не сильно подозревают о существовании Совета Европы, а тем более – его Парламентской ассамблеи. Зато на востоке континента ПАСЕ не сходит с уст. Почему?
Во-первых, из-за отмеченного комплекса неполноценности новых независимых государств, которых очень волнует, что скажет страсбургская или брюссельская княгиня Марья Алексеевна. Во-вторых, из-за того, что Совет Европы занимается почти исключительно восточноевропейской проблематикой.
Но в первую голову – нашей страной, которая с момента своего вступления в СЕ была избрана главным мальчиком для битья. Совет Европы превратился в институциональную площадку для систематических атак на Россию. В связи с этим у меня возникает вопрос: ради чего мы состоим в Совете Европы и в ПАСЕ? Похоже, исключительно мазохизма для.
Страны Центральной и Восточной Европы должны были высидеться в этом предбаннике, чтобы их пустили в ЕС. Но нам-то чего высиживать? Ведь никто не собирается нас в ближайшие десятилетия принимать в Евросоюз, о чем неоднократно заявлено на всех уровнях.
В Совете Европы и в ПАСЕ людей, симпатизирующих нашей стране, исключительно мало, Россия обречена всегда оставаться в меньшинстве. Смешно обижаться на двойные стандарты, в политике редко бывают другие. Но мы нередко сталкиваемся с тройными, четверными и т.д. стандартами. Надеяться там на объективность – наивно. Наблюдатели, наводняющие Россию во время выборов, выставляют нам оценки, исходя прежде всего из того, устраивает их результат выборов или нет. Так, свободными и демократичными были признаны выборы 1996 г., когда Ельцин победил Зюганова, а выборы в Думу в 2003 г. и президента в 2004 г. – несвободными. Как инсайдер российских кампаний могу заверить, что все было с точностью до наоборот, хотя до полной чистоты избирательной процедуры нам (как, впрочем, и многим другим странам) еще далеко.
Недемократичными называют предложенные Путиным избрание губернаторов законодательными собраниями регионов и переход к пропорциональной системе выборов в Думу, хотя в большинстве европейских стран главы регионов не избираются населением, а парламенты формируются именно по партийным спискам. Против Европы и Америки действуют международные террористы, против России – благородные повстанцы. И так далее, и так далее.
Говорят, членство в Совете Европы необходимо для того, чтобы российские граждане могли обращаться в международный суд по правам человека. Аргумент серьезный. Но кого из россиян до сих пор защитил этот суд? И у кого есть уверенность в его полной непредвзятости, если сам Совет Европы предвзят?
Я полагаю, России не следует терпеть постоянные унижения от малозначительной организации, членство в которой только институционализирует наши разногласия с Западом.
У Европейского Союза очень продвинутые отношения (включая безвизовые поездки, привилегированное торговое партнерство, чего у нас нет и не скоро будет) с рядом стран Латинской Америки, Африки, Ближнего Востока, где ситуация с правами человека куда хуже, чем в России. Но их проблемы ни в СЕ, ни в ПАСЕ не обсуждаются. Почему? Да потому что они в этих организациях не состоят. Как не устраивают по той же причине разборок Соединенным Штатам, бомбивших в последние годы большое количество населенных пунктов в различных местах планеты с нарушением всех норм международного права.
Вовсе не отказываясь от тех ценностей, которые мы уже заимствовали у европейских институтов и инкорпорировали в свое национальное законодательство, Россия должна в то же время выйти из Совета Европы и, соответственно, ПАСЕ.
Это вызовет бурный скандал в отношениях с Европой, но, полагаю, он будет скоротечным. О нем забудут, как и о ПАСЕ, которая лишится основного занятия – избивания России. Право, это тот случай, когда лучше ужасный конец, чем ужас без конца.
Параллельно нужно укреплять партнерство со значимыми европейскими и трансатлантическими структурами, прежде всего – с Европейским Союзом и НАТО.
Обеспечивать демократические нормы на европейском уровне можно и без Совета Европы.
В. Никонов
© Copyright Фонд "Политика", 2003