Ремилитаризация политики
Новостной фон последних дней, материалы зарубежных СМИ наводят на мысль о ремилитаризации мировой политики. Причем, связывается она с действиями России. Она, де, обстреливает беззащитную Грузию, и уже ведущие западные страны готовы выносить вопрос в Совет Безопасности ООН. Под Челябинском проходят масштабные учения в рамках Шанхайской организации сотрудничества, которые направлены якобы на устрашение Запада и свидетельствуют о превращении ШОС в военно-политический блок в противовес НАТО. Российские бомбардировщики после длительного перерыва заступают на боевое дежурство, начиная летать вглубь акваторий Атлантического и Тихого океанов. Россия, таким образом, возвращает в политику компонент военной силы, отброшенной на второй план после окончания «холодной войны».
С чем следует согласиться, так что с действительно идущей ремилитаризацией. Вот только роль России в этом процессе – второго плана.
Состоявшаяся с конца 1980-х годов демилитаризация была результатом, в первую очередь, шагов с нашей стороны, которая разоружалась в одностороннем процессе, что почти не сопровождалось ответными мерами. Было некоторое всеобщее сокращение военных расходов, но затем все вернулось на круги своя. На сегодняшний день Соединенные Штаты тратят на оборону в 20 раз больше, чем Российская Федерация, и больше, чем следующие за ними по этому показательно 20 стран вместе взятые. Военные ассигнования государств – членов НАТО в 40 раз больше российских. В принципе, уже одних этих цифр достаточно, для того, чтобы обозначить источник ремилитаризации.
В последние годы военная сила стала вполне приемлемым и используемым политическим инструментом. Оставлю в стороне вопрос об оправданности ее применения, здесь все слишком спорно. Сколько лет Россию топтали за Чечню. Но следует заметить, что США вместе с союзниками вели три большие войны: в Югославии, в Афганистане, в Ираке. Последние два конфликта очень далеки от разрешения (Чечня по сравнению с ними – оазис благополучия), а количество жертв среди мирных жителей исчисляются многими сотнями тысяч. При этом, ни один российский солдат нигде не сделал ни одного выстрела за пределами нашей территории.
Демилитаризация международных отношений была возможна во многом благодаря роспуску организации Варшавского договора. Но блок НАТО продолжал активно жить и развиваться. Не так давно отмечалось десятилетие Основополагающего акта Россия–НАТО, который был подписан как символ неохотного и вынужденного полусогласия нашей страны на расширение Североатлантического блока. Тогда, 10 лет назад были выработаны три принципа подхода НАТО к новым странам–членам: «no nukes, no troops, no critical infrastructure» (не размещать ядерное оружие, войска и критическую инфраструктуру). И что же? Слава Богу, ядерного оружия пока не размещают. Зато готовятся к открытию новые военные базы в Болгарии и Румынии. И как бы вы не определяли, какую инфраструктуру считать критической, под это определение, безусловно, попадают компоненты американской противоракетной обороны, которые планируются к размещению в Польше и Чехии.
В целом программа ПРО является ни чем иным, как возрожденной на новой технической основе программой «Звездных войн». Компоненты ПРО размещаются в космосе, развертываются и планируются к развертыванию не только в Восточной Европе, но и на Аляске, в Калифорнии, в Японии, Австралии, Гренландии, говорят уже о Румынии и Кавказе. Очевидно, что все это будет вызывать ответные меры.
А на очереди также планы вовлечения в НАТО Украины и Грузии, что явно будет воспринято российским руководством как красная черта, за которой Москва вряд ли захочет продолжать какое-либо сотрудничество, с НАТО.
Российские же шаги на этом фоне выглядят исключительно умеренными. Да, возобновляются полеты стратегической авиации, которая даже не модернизировалась с тех пор, когда они были прерваны в 1992 году. США никогда свои полеты даже не приостанавливали, и по данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира (СИПРИ), из 106 стратегических бомбардировщиков США 72 с почти 2 тысячами крылатых ракет и бомб с ядерными боезарядами на борту постоянно находились на боевом дежурстве и регулярно облетали наши границы.
ШОС – не НАТО и не собирается становится военно-политическим блоком. Тем более, она не рассматривает себя как противовес кому-то, в том числе и НАТО. На полигоне под Челябинском прошли ограниченные учения контртеррористического формата, которые, если и призваны кто-то устрашить, так только экстремистов в Центральной Азии.
Но вот что всерьез вызывает опасения, так это «ракетный конфликт» с Грузией. Мне трудно поверить, что за инцидентом стоит Россия, не вижу ни одной причины, зачем ей все это было нужно. Нет также оснований не верить нашим крайне авторитетным военным экспертам, пришедшим к выводу от очевидной провокации с грузинской стороны. Но то, что позиция Тбилиси безусловно поддержана США и их союзниками, наводят на печальные мысли. Похоже, речь идет о политической операции по вытеснению России и ее миротворцев из зоны грузино-осетинского конфликта, чтобы дать Михаилу Саакашвили возможность реализовать его давнюю цель – ремилитаризировать конфликт и перевоевать войну с Южной Осетией. Если это так, война на Кавказе действительно может стать реальностью.
Надо было очень сильно постараться, чтобы заставить Россию обратить внимание на военную составляющую ШОС и возобновить полеты стратегической авиации. Только вот зачем это надо было делать? Или действительно полагали, что с Россией можно делать все, что угодно?
В. Никонов
© Copyright Фонд "Политика", 2003