Новая "холодная война"
Для тех, кто не очень пристально следит за умонастроениями западной политической элиты, прозвучавший из Вильнюса резкий выпад вице-президента США Ричарда Чейни в духе «холодной войны» оказался неожиданным. Однако следует заметить, что разворот западной политики в отношении России готовится не один месяц. У нашей страны на Западе плохая пресса, и она ухудшается. В США не так давно вышел доклад влиятельного Совета по международным отношениям, поддержанный видными представителями обеих ведущих партий, главная идея которого – ужесточение политики в отношении России. Пару недель назад я присутствовал на представительном Брюссельском форуме, собравшем весь политический бомонд Старого и Нового Света, где идеи «жесткого разговора с Москвой» преподносились уже как самой собой разумеющееся. Форум, по идее посвященный вопросам трансатлантических отношений, занимался почти исключительно критикой России, что отражало распространение антироссийского синдрома и на европейской почве.
Давненько непонимание между нами и Западом не было столь очевидным, мифологизированность представлений о России и ее политике – столь вопиющей, а последствия обострения отношений – столь малопредсказуемыми. Любые слова или действия Кремля, свидетельствующие о какой-либо самостоятельности позиции, вызывают скоординированный взрыв яростного недовольства.
Когда мы говорим о собственном пути продвижения к демократии, это объявляется авторитаризмом, а в последнее время - диктатурой. В этом западным авторам активно подпевают отечественные либералы, отодвинутые на обочину политической жизни.
Попытка Москвы сформулировать свои национальные интересы, в том числе на постсоветском пространстве, объявляется «возрождением империализма». Здесь, как напомнила недавно Кондолиза Райс, интересы имеет Америка. В хоре, исполняющем «антиимпериалистическую» тему, все более отчетливо звучат голоса не только Польши и прибалтийских государств, но также грузинского и украинского руководства, требующего в ускоренном порядке принять Тбилиси и Киев в НАТО, дабы защититься от «российской экспансии». И, похоже, Запад готов пойти навстречу «угнетаемым свободолюбивым народам» и уже осенью приоткрыть для Украины и Грузии двери Североатлантического альянса, невзирая на очевидно негативные последствия такого шага для отношений с Москвой.
Когда Россия говорит, что в решении сложнейших проблем Большого Ближнего Востока ни в коем случае нельзя отказываться от дипломатии, ее объявляют едва ли не спонсором международного терроризма. Именно это происходит сейчас в связи с обсуждением в СБ ООН подготовленной американцами резолюции по Ирану на основании статьи седьмой Устава ООН (действия против агрессора), после принятия которого Тегеран просто выйдет из любого переговорного процесса, и о дипломатии можно будет забыть.
Когда Россия договаривается с Украиной о том, чтобы последняя платила за газ цену близкую к рыночной (или вообще платила хоть что-то), это клеймится как «энергетический империализм», угрожающий безопасности Запада.
Почему обострение происходит именно сейчас, ведь ничего кардинально нового в последнее время в России не происходило? Непосредственные причины нужно искать в США, где, как сформулировал один крупный знаток американских реалий, любая политика является внутренней. Главное событие в Соединенных Штатах – кампания по выборам в Конгресс, которая проходит на фоне беспрецедентно низкой популярности республиканской администрации Джорджа Буша. Демократы атакуют широким фронтом, в том числе внешнюю политику Буша, сделав одной из тем его, якобы, «мягкость» в отношении России. Республиканцам надо реагировать, и они это делают.
В огромную проблему для всех превратился Иран. Вашингтон, давя в этом вопросе на Москву, решает две задачи: лоббирует свою сверхжесткую резолюцию, а заодно готовит «козла отпущения» на случай неудачи антииранских действий, в роли которого выступим мы. Рост цен на бензин – еще одна серьезная головная боль республиканцев, и тут опять же появляется Россия как новая зловещая угроза энергетической безопасности. И это при том, что мы являемся самым надежным поставщиком энергии на планете на протяжении последнего полувека.
Полагаю также, что у антироссийской волны есть и еще один аспект, связанный с предстоящим саммитом «большой восьмерки» в Санкт-Петербурге. Налицо желание чего-то добиться от России (например, нужного голосования по Ирану), которой сейчас меньше всего хотелось бы омрачать разногласиями свое первое в истории председательствование в G-8.
Но сиюминутные причины антироссийского обострения не должны заслонять факторы более долговременные и фундаментальные. Критика России нарастает по мере того, как страна становится на ноги, обретает уверенность в себе и своих силах. При всех наших проблемах, которые нам известны лучше, чем кому-либо, Россия давно (или никогда) не была в лучшей форме, чем сейчас. И давно ей так сильно не доставалось. Конечно, за рубежом есть основания для разочарований в темпах развития российского демократического процесса, как есть такие основания и у нас самих. Наша демократия юна и пока далека от совершенства (а где она близка?). И, наверное, не все идеально в российской политике. Однако это вовсе не повод для возвращения ко временам конфронтации. Тем более, что мы уж точно не менее демократичны, чем другие постсоветские государства, в том числе и дружественные США, собравшиеся в Вильнюсе слушать Чейни. Поэтому, вероятно, здесь уместнее вспомнить о Стратегии национальной безопасности США, где говорится о необходимости предотвращать образование центров силы, в перспективе способных бросить вызов американскому глобальному превосходству. Похоже, нам достается за обретаемую силу и самостоятельность.
Но чего хотят добиться давлением на Россию? Какой реакции ждут? Мы что, посыпем голову пеплом, согласимся со справедливостью критики и необходимостью вернуться в ельцинские времена, откажемся от своих национальных интересов и признаем таковыми интересы американские? Нет, конечно. Ответ будет однозначный, и он уже прозвучал в Послании Президента Федеральному Собранию. Чейни может с полным основанием занести на свой личный счет слова Владимира Путина «товарищ волк знает кого кушать». Кушает и никого не слушает… Куда только девается весь пафос необходимости борьбы за права человека и демократию, когда речь заходит о необходимости реализовать собственные интересы? Здесь, оказывается, все возможно, нет никаких ограничений».
Мир еще далеко от новой «холодной войны». Но когда в дело вступает логика эскалации напряженности, она способна завести Бог знает как далеко. Если в мифологической западной системе координат надо, скажем, защищать «миролюбивую, свободолюбивую и демократическую Грузию» от «агрессивной империалистической и авторитарной России», при том, что проблема права на жизнь национальных меньшинств (осетин и абхазцев) в этой системе координат отсутствует напрочь, существует опасность соскользнуть к войне даже горячей.
Хотелось бы, чтобы западные друзья поскорее вернулись в деидеологизированную и демифологизированную реальность.
Хотя надежды на это немного.
В.Никонов
© Copyright Фонд "Политика", 2003