|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
||
|
|
|
Центральноамериканские заметки Визит министра иностранных дел Сергея Лаврова в четыре страны Центральной Америки – Кубу, Никарагуа, Гватемалу и Мексику – был расценен российскими СМИ как «возвращение России» в этот регион Земного шара. Впервые посетив его – по одному маршруту с министром, - пришел к выводу (заметки на новенького), что не все так однозначно. В чем-то тезис о «возвращении» бесспорен: впервые после развала СССР наша страна зримо заявила там о себе, чем вызвала положительные эмоции. Встречали везде хорошо. Заслуга отечественной дипломатии очевидна. Но с другой стороны, тезис этот не вполне корректен – кое-где нас никогда и не было, а в иные места возвращаться либо некуда, либо надо это делать более решительно. В советские времена у нас было абсолютное присутствие на Кубе. СССР обеспечивал военно-политическое прикрытие этого основного антиамериканского и социалистического форпоста в Западном полушарии, создавал промышленность и инфраструктуру, снабжал энергоносителями и всем необходимым – в день разгружалось по пять наших судов. Российская Федерация, отказавшись от антиамериканизма, ушла почти одномоментно, что напоминало бегство. Куба осталась один на один со своими проблемами и с жесткой блокадой со стороны США, от которых ее отделяют 80 миль. Последовала экономическая разруха, не преодоленная до сих пор. Энергоснабжение – и то далеко не везде – удалось восстановить лишь пару лет назад с помощью Венесуэлы. Бедность очевидная: средняя зарплата около 10 долларов в месяц, цена пары бутылок рома. Спасают бесплатные обеды на работе, да слегка пробивающийся частный сектор, связанный, прежде всего, с обслуживанием туристов. Кубинское руководство ищет любые доступные в условиях блокады источники средств и находит их. Туристическим сектором занялась Испания, развивающая сеть первоклассных курортов, например, на белоснежных пляжах в Варадеро. В его аэропорту приземляются десятки авиарейсов – в основном из Канады и Европы, наших нет. Число туристов превысило 2 млн. в год, большинство – канадцы, россиян – около 30 тысяч. Построенные и брошенные нами никелевые предприятия сейчас также в канадской собственности. Над созданными СССР нефтяными производствами развиваются китайские флаги. Автомобильный парк, состоящий в основном из американских лимузинов 1950-х годов и проржавевших «Москвичей» (их называют «Московичи» и очень уважают) и «Жигулей» классических серий, сейчас активно пополняется китайскими и японскими моделями. Единственная немаловажная ниша, занятая Россией – самолеты гражданской авиации, которые больше никто Гаване не продает. На Кубе нас ждут и даже не очень сильно на Россию обижаются. Но вот только возвращаться почти некуда, все, что мы бросили, уже принадлежит другим. В Никарагуа советское присутствие заключалось в поддержке сандинистов Даниэля Ортеги при приходе к власти и материальной помощи – после. Когда перестали их поддерживать, сандинисты выборы проиграли. Но недавно вновь и без нашей помощи вернулись к власти, получив в свои руки хозяйство незавидное. Средний уровень жизни в капиталистической Никарагуа повыше, чем на Кубе, но бьющей в глаза нищеты и разрухи – тоже гораздо больше. Столица Манагуа была почти полностью разрушена – устояли только построенные американцами гостиница и банк – в 1972 году, и с тех пор не восстановлена. Миллионный город состоит, по преимуществу, из одноэтажных построек ангарно-барачного стиля (говорят, внутри многих из них очень даже ничего, есть и районы вилл), мусор в обилии свален по обочинам. Преступность зашкаливает, большинство населения вооружено. Даже при прогулке по центральной площади, где стоят развалины кафедрального собора, не избежать небесплатной опеки со стороны человека с помповым ружьем, лениво отгоняющего от тебя попрошаек и карманников. Никарагуа, ставшее первым после России государством, признавшим независимость Южной Осетии и Абхазии, нуждается в большой внешней помощи и рассчитывает на нее. Но готовы ли мы ее оказать? В Гватемале, которая рассматривалась как лояльный сторонник США, мы раньше вообще не присутствовали. Даже посол появился лишь три года назад. Именно в Гватемале с участием Владимира Путина состоялось решение о проведении в 2014 году зимней олимпиады в Сочи, что придало импульс двусторонним отношениям. Страна интересная – один из лидеров Центральной Америки, этнически наиболее однородное население, гордящееся своими происхождением от цивилизации майя. Гватемала-сити, похожий на столичный город, хотя, как и почти везде в регионе (за исключением Кубы), - место больших контрастов и высокой преступности. Приход России, о которой почти ничего не знает даже элита, восприняли со сдержанным интересом: пока не вполне понимают, что мы можем предложить. В Мексике с ее 108-миллионным населением и с ВВП в районе 1 трлн. долларов уровень жизни где-то вдвое пониже нашего, при этом до 40% населения неграмотны и имеют доходы ниже прожиточного уровня. Российские позиции более заметны. Мы продавали ей вертолеты и сторожевые корабли, сотрудничаем в рамках «большой двадцатки» и Совета безопасности ООН, где Мексика сейчас располагает статусом непостоянного члена. Однако, страна смотрит на север, а не через Атлантический океан. В Соединенных Штатах находится 50 мексиканских консульств – мировой рекорд для любой пары стран, - что отражает количество эмигрантов, для защиты от наплыва которых Вашингтон строит пограничную стену. А к югу от этой границы американцы помогают мексиканской армии, которая ведет неравные боевые действия с превосходящими силами наркокартелей. В современном мире многое зависит от культурного влияния, от распространения языка, диаспоральной организованности. В СССР и России училось много студентов из Латинской Америки. Сейчас по-прежнему существуют небольшие квоты на бесплатное обучение, но, как правило, они не выбираются. У потенциальных студентов нет денег на билеты, предлагаемые им стипендии не покрывают затрат на проживание в России, знание русского языка низкое. В некоторых странах его не преподают вовсе – ни в одной школе, ни в одном вузе. Центр фонда «Русский мир», создаваемый в Центральноамериканском университете Манагуа, стал первым местом, где можно учить русский язык в столь дружественной нам Никарагуа. Кабинет фонда в детском приюте при церкви Троицы, который содержит православная подвижница мать Инесс, стал первым местом, где учат русский в Гватемале. Преподаватели – поддержанные нами соотечественники и преподаватели из России – своих-то нет вообще. На Кубе преподаватели есть, однако и там русский язык за последние 20 лет свои позиции сильно сдал. До сих пор каждый десятый кубинец скажет несколько слов по-русски, но это число сокращается. Чаще общаются с вами по-английски. Гаванская книжная ярмарка, где Россия в этом году стала почетным гостем, открытие нами Русского центра в Национальной библиотеке им. Хосе Марти стали заметными и долгожданными событиями в культурной жизни, но они не способны компенсировать уже понесенные потери. Соотечественники начинают организовываться, однако у них до сих пор нет юридического статуса. В Мексике почти 15-тысячная русскоязычная диаспора, до 5 тысяч выпускников наших вузов, ассоциация преподавателей русского языка и литературы включает представителей 26 вузов. При этом, количество студентов-русистов не велико, а соотечественники, как это часто бывает, не могут договориться друг с другом. Надеюсь, хоть немного поможет Русский центр, который мы запустили на базе столичного Политехнического института с его 180 тысячами студентов. Играть более активную роль в Центральной - шире, в Латинской - Америке Россия в состоянии. Однако это требует серьезных инвестиций – как государственных, так и частных. Тем более, что там весьма активны и другие страны, прежде всего, континентальный гигант - США. Можно услышать много нелестных слов в адрес «гринго», но Америку явно уважают, инвестиции и помощь в борьбе с наркомафией приветствуют. Даже кубинцы зависят от денег, присылаемых их родственниками из Соединенных Штатов. Налицо и растущая роль Китая, который в период экономического кризиса выделил 56 млрд. долл. на скупку дешевеющих промышленных активов по всему миру. Роль России как инвестора пока минимальна, бизнес наш в малоизвестную Латамерику идет крайне неохотно, а анонсированные еще три года назад государственные программы предоставления помощи для целей развития остаются на бумаге. «Возвращение» или первое пришествие, основанные лишь на прежних симпатиях или на отсутствии антипатий, - при всех дипломатических успехах - вряд ли могут быть слишком масштабными.
В. Никонов
|
|
|
|
|
|
|
||||
|
|
|
© Copyright Фонд "Политика", 2003 |
|
|
|